Цветы настоящие и искусственные

on

Область цветочных ароматов за последние годы подверглась революционным преобразованиям. Благодаря технологии, называемой headspace (дословно: пространство над головой), или living flower (живой цветок), в зависимости от того, разговариваете ли вы с пресс-службой Givaudan или IFF.

headspace — дословно: пространство над головой

Headspace – это не то, чем занимаются престарелые хиппи в свободное время (еще один вариант перевода этого сочетания: космос в голове. Это всего лишь пространство вокруг живого цветка, накрытого склянкой. Вместо того, чтобы грубо извлекать из цветка физическое вещество. Откачивая воздух, в котором содержатся соответствующие ароматические молекулы. Вы создадите максимально правдоподобное звучание реального аромата. Более точное по сравнению с экстрактом.

Кроме этого, большая часть запахов состоит из трех или четырех основных компонентов

Это – хорошая новость. Плохая новость заключается в том, что собрать это вещество в бутылку не так и просто. Его количество, присутствующие в воздухе, микроскопические. Решение этого вопроса простое: попросить ваших химиков выяснить, что там такое витает в воздухе. Воспроизвести смесь настолько близко, насколько это возможно, используя синтетические материалы. В сущности, таким образом вы защищаете «магистра» в парфюмерной школе Господа. Этот процесс не так прост, как кажется. Как и было упомянуто ранее. Пропорция вещества в воздухе совершенно не такая, как в жидкой смеси, которую вы пытаетесь составить, так как у каждой молекулы – разная летучесть. Кроме этого, не смотря на то, что большая часть запахов состоит из трех или четырех основных компонентов, которые обычно хорошо известны и достаточно дешевы, аромат цветения, исходящий от цветка. Реальный аромат, представляет собой множество маленьких отдельных пиков, которые дороги, не известны. А если учесть, что формула раньше или позже попадется на глаза бухгалтеру, и сработает закон максимизации выручки, то голографическое воспроизведение розы или иного цветка будет безжалостно обкромсано.

Отличным примером прозрачного флорального аромата, является Pleasures от Estee Lauder. Он невероятно яркий аромат, на максимальной грани яркости, после которой находится только солнечный свет

Поэтому технология headspace видится больше как научный инструмент, а не «артистический» прием. В руках опытных химиков и парфюмеров она позволяет получить аромат розы, лишенный обременяющих его тяжелых запахов, которыми изобилуют природные экстракты. Отличным примером прозрачного флорального аромата, который может быть получен таким путем, является Pleasures от Estee Lauder. Он невероятно яркий аромат, на максимальной грани яркости, после которой находится только солнечный свет. Сравните его с сумеречным мерцанием Joy от Jean Patou. Максимального воплощения болгарской розы, и решайте, какую из парфюмерных школ вы предпочитаете.

Ландыш

Снова добавив к цитронеллолу альдегидную группу, в результате чего получится гидроксицитронеллаль. Мы попадем из долины роз в царство ландышей, купающееся в туманном свете вечного утра. (Что интересно, французское название ландыша – muguet (мюге) происходит от musk — мускус).

Насколько известно, не существует такого сырья, как эфирное масло ландыша. Природный аромат этого цветка чрезвычайно нестабилен, и процесс дает ничтожный результат на выходе

Аромат ландыша особенно сложен и деликатен и находится где-то между розой, свежесрезанной травой и лимоном. При этом обладает плотской, несколько шероховатой нотой, свойственной лилии. Насколько известно, не существует такого сырья, как эфирное масло ландыша. Природный аромат этого цветка чрезвычайно нестабилен, и процесс дает ничтожный результат на выходе. Гидроксицитронеллаль представляет собой неплохое подобие аромата ландыша, хотя и несколько теряет в изящности. Другие молекулы, отображающие ландыш, гораздо менее убедительны. За сотню лет существования синтетической химии этим названием часто злоупотребляли. Называя так совершенно не похожие на ландыш запахи, представляющие собой преимущественно вариации (в пределах одного-двух атомов углерода) вокруг базового скелета бензольного кольца с присоединенным альдегидом с тремя атомами углерода.

Цветы ландыша

Эти ароматические вещества, названные Bourgeonal, Lilial и Cyclamenal, являются отличным примером того, что химики не могут говорить на нормальном языке, даже когда пытаются быть лириками. «Цикламеналь» был открыт первым, французским химиком Ж. Бланком (G.Blanc) в 1919 году. Очевидно, он продемонстрировал его Леону Живодану (Leon Givaudan), который спустя два года запустил его в производство. Последняя молекула, Lioral (прим.: изобретенная Лукой Турином для Flexitral, компании, на которую он работал), уникальна в том, что содержит атом серы, что еще не использовалось в ландышевых материалах, она звучит очень мощно, и тщательно скрывает свои «инфернальные» мысли.

Белые цветы

Итак, поскольку мы оказались на цветочной территории, давайте же покинем бледные, бескровные ландышевые луга и направимся к более жизнестойким ароматам. Флоральные ароматы – это огромная, всеобъемлющая категория, в которой присутствует минимум рациональной логики. В царстве цветов правят отточенные четырьмя миллиардами лет эволюции инстинкты. Цветы отчаянно стремятся распространить свою ДНК, и за эти годы они прекрасно разобрались, что любят насекомые.

Цветочные ароматы варьируются от гниющего, напоминающего тухлое мясо запаха Раффлезии, предназначенного привлекать мух. До звучного, подобно тромбону, зова туберозы и прекрасного до боли ангельского аромата гардении, подобного ранним фильмам с Одри Хепберн

Что примечательно, цветочные ароматы – это не только символы, феромоны для приманки насекомых. Если вы просто стремитесь заявить о своем присутствии, не удивляйтесь, если вместо желанного мотылька на вас шлепнется бесполезный жук. Но если вы боретесь за право быть замеченными, будь то среди цветов или людей, вам нужно что-то, что будет звучать подобно музыке, а не автомобильной сирене. Представьте, что в ходе эволюции самые здоровые, напоенные отменным нектаром цветы научились синтезировать Shalimar. Самые умные, хваткие насекомые научились распознавать этот божественный запах, отличая его от примитивных Vanilla Fields! В результате оба вида процветают; и как бы хотелось, чтобы подобным образом дела обстояли с людьми, и Posion не продержался бы больше, чем одно поколение.

Не удивительно, что с учетом опыта этой школы оболь��ения возрастом в несколько миллиардов лет, цветочные парфюмы редко бывают простыми. Природные ароматы могут быть воспроизведены четырьмя или даже пятью синтетическими компонентами. Для розы 90% всей работы можно сделать при помощи эвгенола (гвоздика), фенилэтилового спирта (сладкая роза), гераниола (зеленая роза) и цитраля (лимон). Однако большинство флоральных ароматов чрезвычайно сложные. Поколения химиков путем обратного разбора трудов природы до базовых составляющих позволили получить материалы, характерные для большинства цветочных запахов. Они могут быть удивительными: так, индол, наверное, самая несправедливо «озлословленная» на свете молекула (ее запах описывается как фекальный, флоральный в высокой степени разведения, или как смолисто-отталкивающий), пахнет чернильной горечью и является основным компонентом таких звучащих с характерной шансоновой хрипотцой белых цветов, как лилии, туберозы, и прочие (прим.: например, жасмин). Ни один из парфюмеров не будет даже пытаться сделать розу «с нуля». Он обратится к одной из сотен разработанных великолепных цветочных баз, внеся затем в неё некоторые ноты для индивидуальности.

Белые цветы

Фиалки являются исключением из правила «сложного» цветочного аромата.

Альфа-метил-ионон убедительно пахнет фиалкой, самым знаменитым представителем которого стал Violettes de Toulouse от Berdoues

Haarmann and Reimer после выделения «ирона» (irone) из корня ириса в 1903 году смогли разделить различные изомеры метилионона. Причина их интереса была простой: килограмм абсолюта цветов фиалки на то время стоил 80 000 немецких золотых марок, что на настоящее время составляет 295 000 Евро. Такой экономический стимул заставляет мозг химика работать гораздо быстрее, что и было доказано новыми синтезированными иононами. Альфа-метил-ионон убедительно пахнет фиалкой, и уже через несколько лет все и каждый благоухали этим ароматом. Самым знаменитым представителем которого стал Violettes de Toulouse от Berdoues, названный так в честь традиционного цветочного продукта этого региона, который все еще выпускается в наши дни.

В действительности ионон проложил свой путь не только в ароматы, но и в пищевые ароматизаторы, именно благодаря ему появились знаменитые фиалковые пастилки Flavigny.

Попробуйте всего лишь одну, и вы поймете, почему это вещество стало таким коммерчески успешным. Особенное, поэтическое сочетание теплоты, сладости, цветочных и древесных нот обладает одновременно деликатностью и грубостью, словно первая подростковая любовь.

Ароматы фиалки в наши дни редко встречаются в парфюмерии (последний значимый фиалковый аромат был Le Dix от Balenciaga, появившийся в 1947 году). Объясняется это тем, что они стали жертвой своего собственного успеха. Пресыщенность привела к тому, что люди, чьи родители слишком молоды, чтобы помнить истинную ноту фиалки,  считают аромат дешевым, но это не так. И день его триумфального возврата настанет, может быть, даже скоро.

Ионон и ирон отличает всего лишь один атом углерода.

Наилучшим способом описать огромную, и в то же время такую тонкую разницу между этими двумя веществами будет сравнить их с различными музыкальными октавами. Там, где ионон излучает сентиментальное тепло, ирон звучит похоже на реквием, имея некоторое сходство с сепией – не мистический пурпурный, а увядший лиловый. Сложная смесь иронов – вот что дает маслу корня ириса, возможно, одному из самых дорогих видов сырья в парфюмерии, стоимостью свыше 73 000 Евро за кг, его величественное меланхоличное благоухание. Хорошие «ирисовые» ноты в парфюмерии достаточно редки. Но если они выполнены качественно, то излучают настоящую холодную роскошь, перед которой невозможно устоять.

Этой роскошью обладает Cuir de Russie Chanel и Iris Silver Mist от Serge Lutens.

Эта область парфюмерной химии являет собой некую ольфакторную Швейцарию, где полчаса езды и вы попадаете в совершенно другой мир. Представьте себе дамасконы, впервые выделенные из розового масла, которые отличаются от иононов только тем, что часть «хвоста»  молекулы привита в противоположном направлении. Это теплые, древесные ноты, но в то время как  иононы и ироны 100% флоральны, дамасконы больше склонны к фруктовости и включают широкий спектр сухофруктовых нот, все оттенки прозрачного коричневого.

Дамасконы напоминают осенние выпуски глянцевых журналов, где рыжеволосые красавицы позируют на природе в толстых свитерах

Высушенные фрукты и специи, такие как гвоздика и корица, а также смолы, благовония и мирра — это то, что называют архаичными ароматами. Они заставляющими вспомнить времена, когда специи и сушка были единственным способом сохранить что-либо. Эти реликты пре-фенольной эры пахнут чем-то по-настоящему целебным. Такие ассоциации связаны с нашей прапамятью. Особенно хорошими дезинфицирующими свойствами обладает гвоздика. Поместите маленькие блоттеры, надушенные гвоздикой, в блюдца «Петри» с колониями бактерий, и вы увидите, как вокруг них образуется чистый круг.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.